Бывший (теперь уже) чемпион мира среди профессионалов Сергей Ковалев восстанавливается после тяжелого поражения от Элейдера Альвареса, а читатели портала "Невский спорт" — знакомятся с фрагментами автобиографии боксера "На грани", выпущенной издательством "Эксмо".

Благодарим издательство "Эксмо" за любезное разрешение опубликовать фрагмент книги.  

Сергей Ковалев:

Между чемпионатами в Магнитогорске и в Якутске прошло два года. Боксировать я не мог, и вот так получилось, что в 23 года из-за травмы и возникшей паузы я снова окунулся в уличную жизнь. Причем по полной программе.

Я тогда все время общался с авторитетами нашего города. Зарабатывал в основном уличными темами. Никаких серьезных денег это, конечно, не давало, но хорошей подпиткой было. Плюс что-то я продолжал получать от бокса. Примерно 20 тысяч в месяц, а уличные движения давали еще тысяч 50–60. В сумме было нормально.

Ездил я тогда уже на подержанном «Мерседесе» E240.

Вообще это было интересное время. Там все как-то тесно было связано: бокс, улица, машины, о которых я мечтал в юности. Я вел довольно активную жизнь. Мало спал. Сам не понимал, как у меня батареек хватало. После ночных клубов мог поехать по делам, которые я всегда находил, чтобы прокормить себя и как-то помочь маме. «Мерс» мой был моим домом и офисом, гонял на нем везде, куда только можно было. Иногда даже не очень близко, по области и за ее пределы. Доехать, скажем, до Магнитогорска 320 км – это вообще не вопрос был. Два с половиной часа, и ты на месте. Уфа – 400 км, легко! Мне нравились дальние поездки, и особенно в ночь. За сутки я мог объехать три города в области. Дома я тогда мало бывал. С подругой моей, Натальей, которая позже стала моей женой, возникало часто недопонимание из-за моего отсутствия. Бывало, что я возвращался поздно ночью либо мог по звонку уехать из дома посреди ночи. Если кенты звонят, ты подрываешься и едешь.

Ситуации бывали разные, иногда опасные. Многое приходилось разруливать самому, не призывая старших на помощь. Все пацаны были заняты своими делами. Хлопот всегда хватало. Обращался к ним только в самых крайних случаях, если уж совсем припекало меня или кого-то из близких пацанов. Причем часто это не было связано с нашим родом деятельности.

Например, была такая история. Я попытался организовать парковку во дворе. Люди оставляли там свои машины. Но были деятели, которые наживались на этом, вскрывая машины. Сдергивали магнитолы или даже колеса. Это у нас в Челябинске развито и по сей день. Я младшего брательника к этому привлек. Тариф для клиента – двадцатка за ночь – и спи спокойно, мы посмотрим. Сам я ничего на этом не зарабатывал. Только помогал брату и его друзьям, причем хорошим ответственным пацанам, получить немного денег за полезную работу.

Все функционировало нормально. Ничего не крали, не снимали. Все довольны. Но у нас во дворе жила тетя по прозвищу Мурзилка, своеобразная такая, и у нее завелся очередной ухажер. И вот в одну прекрасную ночь этот самый ухажер приперся к пацанам с предъявой: «Чего тут машин понаставили?» Брат ответил: «Они всегда тут стояли, а мы за ними просто присматриваем». Какой-то базар завязался. Брат мне позвонил. Я приехал. Объяснил ему то же самое, что брат уже рассказал: «Машины эти стояли здесь всегда. Мы только их охраняем, чтобы такой бухой, как ты, не пнул, проходя мимо. А если кто и пнет, чтобы было с кого спросить».

Ну, и тут он на меня понес. Получился конфликт. Он кинулся на меня с ударом. Пришлось ему шлепнуть навстречу, а я понятия не имел, кто это такой. Но кто бы он ни был, за такие слова, которые он мне сказал, любой уважающий себя мужчина ударит по лицу. Тут у меня просто выбора не было.

Тетя его сразу же вызвала милицию, и тут оказалось, что он и сам милиционер. Прошло буквально минут пять, глядим – едут три машины с мигалками, но без звука. Такой жути она нагнала по телефону, что они, видимо, выехали все, кто мог. Я недолго думая встал на ногу и убежал. Мне пришлось пару дней дома не появляться, пока все не замнется. Вот тогда мои старшие ребята все и порешали. Ухажера Мурзилки выгнали из органов, но мне все же пришлось ему денег дать, чтобы он себе зубы вставил и забрал заявление.

В этом случае старшие мне действительно помогли. Но обычно мы все свои дела решали сами и на своем уровне. Мы работали по определенным схемам. Например, есть бизнесмен. Он свободный, что называется, сам по себе. Новичок совсем на этом рынке. К нему подъезжают и спрашивают: «Поддержка тебе нужна в случае разного рода проблем? Это ведь жизнь большого города». Он отвечает: «Нет, не нужна. Я сам справляюсь. И вообще у меня не бывает проблем». Тогда наши же ребята создавали ему проблему. Забивали нам стрелку через него же. Мы встречались у него на глазах, как будто друг друга и знать не знали. Могли друг друга и по лицу ударить. Били, конечно, не на поражение, но видимость хорошо создавали, не подкопаешься.

Трудно даже представить себе, какие артистические таланты пропадают на улице среди самых обычных дворовых пацанов. Бизнесмен этот верил всему, что видел, а как было таким выдающимся артистам, которые всю душу в игру вкладывали, не поверить? Что он вообще в этой жизни видел, кроме каких-то счетов? Что он об этой жизни знал?

После таких мероприятий птичка была в клетке. Коммерсы начинали дружить с нами и считать, что с такими замечательными ребятами они под надежным крылом, что проблем у них больше нет, а если появятся, то они решатся без них.

К тому же, если у этого бизнесмена на самом деле возникали реальные проблемы, то они решались на полном серьезе, и порой даже с большим риском для жизни.

Часто наезжали на бизнесмена, вымогая у него деньги или долю в бизнесе за то, что никогда не будут его беспокоить. Но, как правило, бизнесмены тогда уже с кем-то работали.

В общем, я и раньше поддерживал связь с улицей, с людьми, которые никакого отношения к боксу, к спорту не имели, которые только улицей и жили. Однако теперь этот вынужденный простой из-за травмы заставил меня чаще с ними общаться. Время было такое, что честной работой, например, на заводе, было невозможно хорошо заработать, чтобы ездить на хорошей машине, жить в хорошей квартире. Как боксер, я получал зарплату, которой едва хватало на пропитание. С натяжкой хватало. Я был членом сборной России, лучшим в своем регионе, на Урале, всегда был призером чемпионата России, только раз третьим был – в Якутске, но при этом я не мог купить себе самый простой автомобиль российского производства. И даже в кредит.

Все материалы рубрики "Блоги"