Спортивный эксперт и обозреватель Nevasport Феликс Шифрин — о двух возможностях для улучшения ситуации

Вторая неделя еврокубков явила неудовлетворительные результаты российских команд. Всего одно очко на четыре команды в Лиге чемпионов и Лиге Европы — показатель неутешительный.

Глобальных выводов из этого делать не стоит: все 3 наши команды в Лиге чемпионов играли с более сильными клубами, а ЦСКА в Лиге Европы лишь по собственной расточительности не дожал загребское «Динамо». Тем не менее, можно назвать два аспекта, которые мешают нашим клубам в Европе — в этом направлении стоит работать.

Аспект первый — лимит

У ведущих клубов Европы нет лимита на легионеров. Это значит, что условная «Бавария при желании может выставить в стартовом составе своей команды 11 иностранцев. В России же введен новый лимит, который оказался тяжелым бременем для лучших российских клубов.

Теперь уже можно сказать: 8 легионеров в заявке — это мало. Одна из главных проблем «Зенита» прямо сейчас состоит в невозможности заменить своих ведущих иностранцев — Сердара Азмуна и Малкома. Если бы лимит на легионеров, например, был бы 10+15 (как собирались сделать еще 5 лет назад, но потом передумали), тогда «Зенит» приобрел бы себе еще пару сильных атакующих иностранцев для ротации и выглядел бы куда крепче.

Новый лимит полностью завязал руки селекционному отделу клуба. «Зениту» пришлось выбирать, кем усилять команду — полузащитником box to box или атакующим инсайдом. Выбор пал на первый вариант (Вендел), но оказалось, что более тонко все же в атаке. Там и рвется: Малком, Дриусси, Азмун выбывают из строя, Дзюба оказывается выхолощен. Единственный нападающий «Зенита» в матче с Дортмундом — номинальный крайний хавбек Мостовой, который еще в прошлом сезоне отдавался в аренду в «Сочи».

Получается, «Зенит» (как и остальные российские команды) изначально находится не в равном положении с другими европейскими клубами, которые не стеснены в том, чтобы заполнить свою заявку качественными футболистами. Даже прежний лимит в России это позволял: клуб мог иметь в своем распоряжении любое количество иностранцев и лишь в РПЛ действовало ограничение на игроков на поле.

Отмена лимита на иностранцев, за которое, кстати, активно ратует Семак, — позволит прибавить хотя бы в этом. Не говоря уже о том, что российские игроки станут быстрее расти, конкурируя на тренировках с сильными легионерами. При этом их зарплаты закономерно упадут, что приведет к снижению влияния этого отвлекающего от роста фактора.

Сергей Семак. Фото: Nevasport

Аспект второй — ментальный

Во многих европейских клубах в структуре команды работают спортивные психологи. Ментальному фактору  уделяется также большое внимание по ходу развития игроков в детско-юношеском футболе. Попадая в главную команду, европейский футболист уже имеет психологическую устойчивость, он вооружен ментальными стратегиями, чтобы психологический барьер не был препятствием для реализации его спортивного навыка.

У нас же этому отводится второстепенная роль. «Психология? Главное, чтобы глаза горели, а иначе зачем все это? Надо выходить и играть». То есть, в данном контексте психология рассматривается, как непосредственно настрой на игру, как некое желание, хотение, заряженность игроков на то, чтобы добиться результата.

Однако главная проблема состоит в том, что российские футболисты как раз таки очень хотят. У наших игроков огромные амбиции. Но есть и обратная сила, которая тянет в противоположную сторону. Это страх неудачи. Страх не соответствовать этим большим амбициям и требованиям российского общества.

Внешнее давление в виде прессы и болельщиков за последние годы только усилилось — в связи с развитием каналов коммуникации. Если раньше игроку нужно было покупать газету, то сейчас, чтобы получить отзыв о своей игре, футболисту достаточно нажать одну кнопку на своем телефоне.

Это накладывает на игроков ограничивающие ожидания, которые в процессе самого матча сильно рушат их навык. В тот момент, когда эти ожидания не оправдываются, футболист начинает оценивать происходящее, после чего не показывает максимум от того, что может.

Российская мотивационная установка (бороться и побеждать) оказывается беспомощна против ментальности европейских атлетов, которые ориентированы, прежде всего, на правильное выполнение конкретных игровых задач, а результат оказывается следствием качественно исполненных целей процесса.

Более глубокий взгляд российских спортивных функционеров в эту сторону позволит скорректировать это ментальное несоответствие.