После контрольных прокатов юниоров в Новогорске болельщики, пристально следящие за любимыми спортсменами, начали оценивать новые программы фигуристов. Ожидаемо самое большое внимание было приковано к ученикам группы Этери Тутберидзе — им предстоит отстаивать честь страны вместо легендарного трио Трусова-Щербакова-Косторная, ушедшего во взрослое катание. Однако именно программы, поставленные Даниилом Глейхенгаузом, вызвали шквал критики.

На форумах и в различных соцсетях стали появляться сообщения, что Глейхенгауз начал повторять сам себя, копировать старые программы и переносить образы одних фигуристов на других. Примечательно, что подобное мнение не так давно высказал и бывший тренер Саши Трусовой Александр Волков. «На мой взгляд, программы там все одинаковые. Возьмите любую, поменяйте музыку и — ничего не изменится», — говорил специалист.

Правда ли, что программы Глейхенгауза однотипны?

В группе Тутберидзе занимаются более двадцати спортсменов, поэтому задача перед Глейхенгаузом каждый год ставится отнюдь не самая простая — придумать каждому по две новые программы, не повториться, не прогадать с музыкой и попасть в образ. Успеть за межсезонье и не забыть про показательные номера для шоу. Неудивительно, если в программах и правда возникают повторы.

Придумав колоссальное количество постановок, Глейхенгауз выработал свой стиль, из-за которого болельщики и называют программы однотипными. В чем-то с ними можно согласиться: по прокату любого из учеников «Хрустального» легко можно понять, кто именно занимался постановкой. Однообразие жестов, элементы пантомимы и томный взгляд в небо — некоторые моменты и правда повторяются из раза в раз. Но есть ли в этом проблема, если каждому фигуристу придуманный образ идёт?

Алина Загитова, Алена Косторная, Александра Трусова. Фото: скриншоты видео

Камила Валиева, Евгения Медведева, Александра Трусова. Фото: скриншоты видео

Как неоднократно подчеркивал Глейхенгауз, его главный принцип — индивидуальный подход к каждому ученику. Специалист старается подобрать такие музыку и образ, которые подчеркнут особенности фигуриста, выделят его сильные стороны. Буквально вчера в его интервью прозвучали очень правильные слова: «Наша задача –  сделать так, чтобы все спортсмены были в равных условиях, независимо от статуса и возраста».

Удается ли это? Однозначно, да. Например, Александру Трусову с её мощнейшей энергетикой и пробивным характером было бы сложно представить в образе нежного парящего ангела, в то время как Алёна Косторная, отличающаяся именно пластичностью и скольжением, выкатывает подобные программы «на ура».

Программы отличаются по наполнению

В целом многие образы, если абстрагировать их от фигуристов, выглядят действительно однообразно. Сходства придают и костюмы, выполненные одним дизайнером в одном узнаваемом стиле. Индивидуальностью каждый прокат обязан именно харизме ученика, его интерпретации образа и собственной манере катания. Так стоит ли рассматривать программы отдельно от их исполнителей?

Если по общему восприятию программы и могут казаться похожими, что легко объясняется почерком, который со временем вырабатывается у каждого специалиста, то наполнение постановок не так уж и одинаково. Элементы исполняются в разных частях катка, фигуристы делают прыжки с разных заходов. Например, Загитова в «Кармен» делала аксель с шарлотты, Косторная перед прыжком исполняла бауэр (что немного проще), также встречается и заход с «кораблика».

Выбор в пользу прошлогодних программ — отсутствие идей или попадание в образ?

В юниорской группе Тутберидзе четыре спортсмена остаются с прошлогодними программами — это Камила Валиева, Дарья Усачева, Майя Хромых и Даниил Самсонов. У Глейхенгауза закончились идеи или есть другая причина?

На этот вопрос ответил сам хореограф, и его слова кажутся логичными: номера Валиевой и Самсонова достойны международного уровня, Усачевой отлично идет её программа, а Хромых в прошлом сезоне из-за травм каталась не так и много. Болельщики заподозрили, что в своих рассуждениях Даниил немного слукавил — мол, идей на такую плеяду фигуристов уже не хватает. Такой вариант имеет место, особенно если учесть, какое внимание приковано к юным звёздам «Хрустального».

Камила Валиева. Фото: скриншот видео

Помимо юниоров пять спортсменок выступают во взрослых — Загитова, Трусова, Косторная, Щербакова и Турсынбаева, и от каждой ждут яркого запоминающегося образа. Есть и Морис Квителашвили, который является практически стопроцентным участником главных стартов. Возможно, хореограф немного сэкономил свои силы на юниорах, чтобы достойно представить взрослую часть команды.

Но и с попаданием в образ он не ошибся — «Девочка на шаре», к примеру, действительно стоит того, чтобы её увидела не только российская аудитория. Программа идеально ложится на Камилу Валиеву, которая невероятным образом сочетает в своем прокате резкие ломаные линии с плавностью и изяществом. Также смотрелся и «Дон Кихот» в исполнении Загитовой, где каждый взмах ногой был, что называется, в тему.

Проблемы всё-таки есть

Несмотря на всё вышенаписанное, нельзя сказать, что программы Глейхенгауза идеальны. Хореограф частенько удивляет зрителей очень специфической нарезкой и компоновкой музыки — бывает, что одна часть композиции сменяет другую прямо в тот момент, когда фигурист исполняет какой-либо из элементов. Ярким примером такой музыкальной безвкусицы стала «Ромео и Джульетта», поставленная для Алены Косторной. Речь идет именно о музыкальном сопровождении, а не о контенте программы.

Нельзя поспорить и с тем, что запас идей у Глейхенгауза не бесконечен — скандал с показательным номером Загитовой тому подтверждение. Хоть самые ярые фанаты и встали на защиту хореографа, отрицать факт плагиата было бы глупо. Тем более, что сам Глейхенгауз его как раз и не отрицает.

Недавно болельщики обнаружили ещё один подобный момент: они заметили идентичность движений у Элизабет Турсынбаевой и Ю Ны Ким в программе, которую казашка будет исполнять в новом сезоне, а кореянка катала несколько лет назад.

Вывод в данном случае один: группе Тутберидзе просто не хватает свежего взгляда. Это решается очень легко — достаточно начать сотрудничать с другими хореографами. Например, той же Медведевой программы ставили Жулин и Авербух (правда, стоит отметить, олимпийская «Каренина» — дело рук Глейхенгауза). Елизавета Туктамышева, как ранее Елена Радионова, сотрудничает с Ше-Линн Бурн, Сергей Воронов экспериментирует и обращается за помощью к действующим спортсменам — вариантов множество.

Но похоже, что Глейхенгауз и сам заметил необходимость перемен: новая программа Загитовой отличается от предыдущих, да и «Сумерки» для Косторной смотрятся нестандартно. Но что хореограф придумал для остальных, будет видно лишь на контрольных прокатах.